Дендрология "Мертвых душ"

Н.В. Гоголь, Мертвые души, глава 2:

"Не без радости был вдали узрет полосатый шлагбаум, дававший знать, что мостовой, как и всякой другой муке, будет скоро конец; и еще несколько раз ударившись довольно крепко головою в кузов, Чичиков понесся наконец по мягкой земле. Едва только ушел назад город, как уже пошли писать, по нашему обычаю, чушь и дичь по обеим сторонам дороги: кочки, ельник, низенькие жидкие кусты молодых сосен, обгорелые стволы старых, дикий вереск и тому подобный вздор".

Вздор-то вздор, но такой художник как Гоголь, кажется, не будет втуне описывать как обычное явление эти вот элементы современной ему природы русской: низенькие жидкие кусты молодых сосен, обгорелые стволы старых. Или местечковая незначительная деталь?

Бричка Чичикова не так далеко от Москвы была, в пределах одной поломки, по мнению мужиков в начале романа. Где-то читал, если это не фейк, "пожар Москвы" 1812 г. был таков, что зарево из Рязани было видно.

Я хочу отписаться от прошлого

Я хочу отписаться от прошлого:
Если думы гнетут, то пишу.
Много видел я гадкого, пошлого,
Но не этим в душе дорожу.

Был обычным советским парнишкою,
Поступившим в технический вуз.
Много лет просидел я за книжкою,
Нес учебы значительный груз.

Я живыми застал победителей
В величайшей народной войне,
Их священную славу у жителей,
В благодатной советской стране.

Но проникли в систему вредители,
Вызревало раскола зерно.
Оказались продажны правители
И страна опустилась на дно.

Но задолго еще до падения
В наши семьи закрался распад,
Словно дьявол вступил во владение,
Наши души затребовав в ад.

Чтобы не заблудиться в скитаниях
Там, где каждый второй пропадал,
Мне пришлось затвориться в мечтаниях -
Так открыл я дорогу в астрал.

В золотые чертоги кудесницы
Поднимаюсь вечерней порой
По спирально закрученной лестнице,
А к утру возвращаюсь домой.

Этот путь драгоценный не брошу я:
Там иные бушуют миры.
А мое непрощенное прошлое -
Только отзвук их вечной игры.

Бальзам

Утверждая Всевышнему веру,
Разрывая диавола сеть,
Я зажгу над собой атмосферу,
Если может сей воздух гореть.

Выжигая простуды миазмы,
Обеспечу отныне и впредь,
Чтобы стали бессильны маразмы
Тех, кто нас обрекает болеть.

Возжелавши небесного лона,
Понимая,что здесь на кону,
Поменяю константу Ньютона
И заставлю спуститься Луну.

В грандиозном космическом акте
Земно-лунный воздвигнется храм,
Где чудесный служитель на вахте
Раздает приворотный бальзам.

Как пел Тальков

Надежда лучше безнадежности. Вера лучше безверия. Правильный подсчет лучше неправильного. Как пел Тальков: "Оправдайте веру в вас, господин президент!"

Во дни сомнений

О старший брат всех языков,
Я о тебе, язык извечный русов.
Пророков глас спасал нас от оков
Князей, чинуш и их искусов.

Когда б не ты, то как не впасть
В тоску при виде, что творится.
Но ты даешь поэтам власть,
Срывая маски, видеть лица;

Кляня личины, славить мир
В его родном, исконном свете:
Сражен, упал гнилой кумир,
И стало лучше на планете.

Язык дает надежду нам
Среди тревог, душевной боли:
Чужая молвь творит бедлам,
Но мы достойны лучшей доли.